natalija_khaf (natalija_khaf) wrote,
natalija_khaf
natalija_khaf

Categories:

Чуток о любви к дальнему

Известен призыв Фридриха Ницше любить не ближнего, а дальнего. О каком дальнем говорит Ницше, и какого дальнего можно помыслить еще в качестве цели любви?..

Дальний как грядущий сверхчеловек. Самый простой для схватывания смысл этой идеи Ницше заключается в отказе от пестования слабостей в себе ли, в другом - отказ от любви к существующему здесь-и-сейчас ближнему. Подлинная любовь есть создание условий для прихода сверхчеловека, который есть дальняя и предельная цель.

Дальний как ближний. Вспоминается диалектика близи и дали по Хайдеггеру, через которую другого непременно должно переживать как дальнего, что и актуализирует реальную близость. Восприятие дальности другого сопровождается тоской по нему, а также - бережливой заботой о нем, ибо бережное отношение возможно лишь по отношению к тому, что принципиально дистанцировано, не слито с тобой, отдаленно, и приближается лишь через заботу. Близость - это всегда бытие-около, бытие-при, бытие-в-дальности, иначе - угроза слиянности в отсутствии разности потенциалов. Отсутствие сердцебиения в отношениях.

Дальний как враг. Враг - это чужой, опасный чужой. Справедливости ради нужно сказать, что в христианстве тоже есть представление о любви к дальнему в виде любви к врагам своим. Правда, здесь любовь к врагам есть прощение. У того же Ницше, любовь к врагам есть выражение собственной мощи, жажды борьбы с равносильными для наращивания, для актуализации своего самостояния, самодостаточности...

Дальний как иной. Этот иной должен переживаться не как зеркало, отражающее мою же собственную проекцию, ибо в этом случае любовь являет себя в качестве любви к себе в ином, которое я приручаю, делаю своим, а, значит, ближним. Однако иного нужно переживать и воспринимать именно как иного в отношении меня без попыток сделать его своим, под себя - незнакомого мне, даже чуждого и даже пугающего, и потому - реально дальнего (благодарю С.В. Комарова, чья лекция о
странных объектах в искусстве натолкнула меня на два варианта отношения к иному).

Только такой иной не столько зеркалит меня-известную-мне, бесконечно воспроизводя стадию зеркала (по Лакану), сколько сталкивает меня с моей же непознанной еще стороной. И если я дорастаю до любви к нему, то она являет себя как любовь к иному в себе, запускающую выход из комфорта привычности в зону неизвестности для себя же. Дорасти же сложно, ибо это предполагает честность в отношении себя и волю-к-трансформации.

Дальний как Самость, Тень. Можно посмотреть на дальнего с точки зрения юнгианства. Для человека дальний - двояк: он - личная Самость, которая грядет из будущего (подобие неизвестного еще сверхчеловека), и его Тень как прошлое-в-настоящем (подобие Иного, чужого в себе). Любить дальнего - это перестать лелеять свое Эго и Персону (ближнее в себе), выводя на свет из тени иное, переключившись
с эгоизма на любовь к себе. И тогда возможна трансформация Тени, расчищающая пусть Самости к Эго и к трансформации уже последнего.
Tags: Лакан, Ницше, Юнг, любовь к дальнему, любовь к себе
Subscribe

  • О странностях людских...

    Часто мы говорим о ком-то: какой он странный. И странность эта отстраняет нас друг от друга: - то ли как реально чуждых; - то ли в силу переживания…

  • О красоте и любви

    Только красота всегда нежданна, непредсказуема, захватывающа, и потому - нова. Любовь же человеческая полна ожиданий, отменить которые…

  • Быть собой (сиюминтуное)

    Любой дискурс (Мишель Фуко!) * - это отношения власти, или, если говорить языком Фридриха Ницше, то это - власть в низком её регистре - подавления…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments